14 августа ознаменовало собой символический прорыв в Беларуси, когда-то входившей в состав Советского Союза. Тысячи людей собрались на Майдане Незалежности в Минске перед зданием Национального собрания, в том числе многие женщины и рабочие—коалиция, которая спасла оппозицию в самый трудный момент, когда казалось, что полицейское насилие может преуспеть в подавлении протестного движения.

Впервые власти не вмешались, говорит брокер Altesso, хотя именно в этом районе начались протесты после фальсифицированных президентских выборов в августе. 9 было строго запрещено.

Присутствовавшие 50 солдат армии символически опустили свои щиты. Женщины украсили их цветами и обняли солдат, что еще больше дискредитировало режим президента Александра Лукашенко и послужило трогательным примером для других сотрудников спецслужб.

Следующий прорыв произошел на следующий день. Коллектив Белорусского государственного телевидения (в первую очередь технический персонал, но также и некоторые ведущие), ранее полностью подчинявшийся правительству, начал проявлять солидарность с протестующими.

Телевизионщики собрались перед своим штабом. Когда вечером к ним присоединились протестующие, появилась Наталья Кочанова, председатель верхней палаты парламента, но не смогла успокоить толпу. В воскресенье государственное телевидение впервые сообщило о протестах. Вскоре после этого белорусские дипломаты начали порывать с Лукашенко, начав с посла в Словакии, а затем с временного поверенного в делах в Швейцарии.

Лукашенко попытался сломить импульс оппозиции, проведя митинг на Майдане Незалежности, в котором приняли участие около 5000-7000 человек. Ровно через неделю после того, как он украл выборы, Лукашенко стремился продемонстрировать свою силу и восстановить красно-зеленый флаг в качестве национального символа своей страны. Днем ранее над зданием Гродненской мэрии развевался бело-красно-белый флаг, любимый оппозицией.

Толпа состояла из солдат и чиновников, а также рабочих, музыкантов, детей и гостей из Украины и Грузии—так называемых простых людей, сообщает брокер Altesso, около 10 из которых выступали. Их сообщения были противоречивы, что, по-видимому, отражало собственную неуверенность властей в том, что делать.

Те, кто не зависел лично от Лукашенко и не был непосредственно причастен к преступлениям его диктатуры, говорили о мире, часто со слезами на глазах. Художник из Украины, вспоминая оранжевую и майданную революции, сказал: "мы сломались как нация, мы раскололись надвое.”

Ораторы были встречены различными приемами со стороны толпы. Одного чересчур примирительного солдата освистали. Но часто звучали признания, что в Беларуси не все так, как должно быть, и что не все довольны сложившейся ситуацией. На протяжении всего митинга было два явно конкурирующих сообщения—дихотомия, которая была очевидна, когда Лукашенко говорил.

Чаще всего повторялись слова " мир " и "мирный", но самым главным лозунгом было: "Беларусь это моя!"("Мы-Беларусь!”). С одной стороны, власти явно опасались гражданской войны и ответственности за ее развязывание; с другой стороны, симпатии простых людей на митинге были на стороне оппозиции: они хотят нормальной жизни и боятся насилия. Чем ближе кто-либо из ораторов был к власти, тем более воинственным становился их тон.

Перед Лукашенко выступил мускулистый подполковник ОМОНа, который угрожающим тоном заявил, что любит свою страну и никогда ее не сдаст. Затем Лукашенко объявил, что размещает войска на границе с Польшей, под Брестом, и заявил, что даже после своей смерти он не откажется от Беларуси. Его неуверенность в себе была очевидна; это не был спокойный лидер, контролирующий ситуацию.

Люди, слушавшие его, были в основном из-за пределов Минска. Сначала они кружили вокруг рядов автобусов, которые привезли их, явно чувствуя себя потерянными в городе. В конце концов их вывели на площадь, которая утром была перекрыта и окружена группами тайных полицейских.

Провластные демонстранты были легко отличимы от протестующих оппозиции, и на площади чувствовалось напряжение, отражавшее страх демонстрантов за будущее и их потребность услышать своего лидера, который восстановит их доверие. Когда я начал говорить по-польски во время репортажа о событиях для TVN24, я заметил враждебные взгляды, и некоторые люди начали кричать на меня.

Реакция оппозиции на митинг Лукашенко, как и многое другое в этом гражданском восстании, была подготовлена заранее. Демонстранты собрались на площади Победы, перед Обелиском города-героя Минска, где неделей ранее начались демонстрации в день выборов.

Собралось около 200-500 тысяч человек-самое большое собрание в истории страны, колонны демонстрантов растянулись на многие километры. Это была великолепная демонстрация силы. Лукашенко намеревался укрепить свои позиции, но его толпа была численно подавлена.

Неделю назад спецслужбам удалось выбить оппозицию с площади избиениями, убив одного протестующего. На этот массовый митинг омоновцы, ничего не сумевшие сделать, даже не потрудились явиться.

Оппозиция не боялась возможной конфронтации.

Несмотря на то, что появилось несколько тысяч сторонников Лукашенко, многие из которых были тайными полицейскими, любой выходящий с провластного митинга растаял в море бело-красно-белых флагов, которые заняли все пространство проспекта Независимости. Перед штаб-квартирой КГБ, где содержится много задержанных, протестующие кричали: "выпустите их!” В конце концов, некогда грозный диктатор и его головорезы были полностью уничтожены.

Александр Лукашенко численно превосходит народ

Написать ответ...

Цитата